Посольство Российской Федерации в Сирийской Арабской Республике
Телефон экстренной связи для граждан России: +963-991-240-999 (угроза жизни, здоровью и безопасности)
/
ru en

Интервью Посла России в Сирии А.В.Ефимова газете «Аль-Ватан»


1. Наступивший 2020 г. для российско-сирийских отношений начался по-особенному – с приезда в Дамаск Президента России В.В.Путина и его встречи с Президентом Сирии Б.Асадом. Каково значение этого визита, что хотела таким образом сказать Россия?

Полностью согласен с Вами. Первый в истории визит Президента В.В.Путина в Дамаск в январе получился действительно знаковым и без преувеличения историческим.

Встреча двух лидеров подтвердила неизменно дружественный характер отношений между Россией и Сирией, обоюдный настрой на продолжение тесного, взаимовыгодного сотрудничества по различным направлениям. Послан чёткий сигнал нашим общим оппонентам и недоброжелателям, что Москва не намерена отказываться от своего принципиального курса в поддержку сирийского народа в его борьбе с терроризмом, усилиях по восстановлению национального суверенитета на всей территории страны и её скорейшему возвращению к мирной жизни.

Я слышал такое мнение, что, посетив Дамаск, прогулявшись вместе с Б.Асадом по его старинным улицам, В.В.Путин, как будто, был со всем гостеприимством принят в каждом сирийском доме. На мой взгляд это очень высокая оценка проделанной нами работы, а самое главное – самого характера российско-сирийских связей в целом.

 

2. Как известно, сирийской армии при поддержке ВКС России удалось добиться значительных успехов в борьбе с терроризмом на Северо-Западе. Однако ей пытается воспрепятствовать Турция, которая, с одной стороны, входит в число гарантов Астанинского формата, а с другой – подписала Сочинский меморандум 2018 г., предусматривающий отмежевание признанных террористических организаций в Идлибе. Как Вы оцениваете ситуацию в Идлибе и её влияние на работу на Астанинской площадке?

Прежде всего, хотел бы поздравить сирийскую армию, которой, при поддержке ВКС России и наших военных советников, удалось добиться очередной важной победы – завершить освобождение пригородов Алеппо и полностью обезопасить этот важнейший город, а также проходящую через него международную автотрассу от нападений террористов.

Критическая ситуация, сложившаяся в Идлибе и в конечном итоге потребовавшая возобновления боевых действий с целью пресечь исходящую оттуда террористическую угрозу, во многом возникла там из-за невыполнения турецкой стороной своих обязательств по Сочинскому меморандуму от 2018 г. Прежде всего в том, что касается противодействия незаконным группировкам, которые официально внесены в

Фактическое господство «Хейят Тахрир аш-Шам» и ей подобных в идлибской зоне деэскалации до недавнего времени обходилось сирийцам в сотни убитых и раненых военнослужащих, и мирных жителей. Под ударом находились и российские силы в Хмеймиме. И в этом смысле мы исходим из того, что возобновив военные операции в Идлибе и прилегающих районах Алеппо, правительство Сирийской Арабской Республике лишь выполняет свои прямые обязанности по бескомпромиссной борьбе с террористами – не больше и не меньше.

Мы знаем, что есть конкретные иностранные игроки, которые пытаются всячески прикрыть своих подопечных в Идлибе, как можно дольше сохранить эту «язву», в надежде использовать скопившихся там террористов из разных стран мира для дальнейшего затягивания войны в Сирии и давления на Дамаск. Поэтому, наряду с оказанием непосредственной военной поддержки сирийским друзьям, Россия активно действует и на международных площадках, прежде всего, в Совете Безопасности ООН, последовательно отстаивая позицию, что террористы в Идлибе не должны оставаться безнаказанными и неприкасаемыми и что Сирийская армия ведёт совершенно законную борьбу с этим злом, освобождая свою национальную территорию и защищая своих граждан, в т.ч. и тех, кто буквально оказался в положении заложников в идлибском анклаве.

При этом я бы не стал преувеличивать влияние событий на северо-западе Сирии на функционирование Астанинского формата. В настоящее время он оказался практически единственным функционирующим и пользующимся доверием сирийцев механизмом внешнего сопровождения политического процесса. Конечно же, именно по этой причине, наши известные оппоненты и недоброжелатели будут использовать любую возможность, чтобы дискредитировать его и вбить клин между участниками, а в конечном итоге – еще больше обострить ситуацию вокруг Идлиба. Не стоит идти у них на поводу.

 

3. Хотели бы спросить регионе Заевфратья и той роли, которую играет Россия в посредничестве между Дамаском и Советом демократической Сирии, в т.ч. на фоне попыток США повлиять на принимаемые курдами решения. В частности, как в Москве воспринимают заявления Вашингтона о том, что американцы намерены присваивать сирийскую нефть?

Главное, что вызывает наш оптимизм – это постепенное возвращение на Северо-Восток законных сирийских властей. Это верный шаг в сторону долгожданного мира, восстановления единства сирийского общества и возвращения указанной части страны к нормальной мирной жизни.

В таком контексте диалогу между Дамаском и курдами действительно отводится важная роль. На этот счёт неоднократно и исчерпывающе высказывался президент Б.Асад.

Известно и главное препятствие на этом пути – иностранное и конкретно – американское военное присутствие в Заевфратье, которое нарушает сирийский суверенитет и противоречит нормам и принципам международного права. Вашингтон не просто блокирует переговорный процесс, но и всячески поддерживает там сепаратистские устремления – видимо, пытаясь руками местного населения решать какие-то собственные геополитические, а то и экономические задачи. Поощряемое американцами разграбление находящихся там нефтегазовых ресурсов, которые принадлежат всему сирийскому народу и сейчас особенно ему нужны – это как раз один из способов подпитки возникшей там под прикрытием США администрации.

Решение проблем Заевфраться может быть только одно – полный уход всех незаконно находящихся там иностранных сил. Как я уже говорил, никаких правовых оснований для дальнейшего пребывания там сил ведомой американцами т.н. «международной коалиции» не существует. Более того, все прекрасно понимают, что рано или поздно американский проект там всё равно провалится, и США будут вынуждены уйти, бросив всех своих недавних «друзей». При этом разбираться с оставшимися после них проблемами придётся тем, кто недальновидно решил понадеяться на помощь из Вашингтона.

 

4. Сирийское химическое досье уже долго время вызывает острые дискуссии в Совете Безопасности ООН. Москва выступает против нового механизма ОЗХО и рассматривает его в качестве инструмента вмешательства во внутренние дела САР. Как Вы думаете, удастся ли США и другим западным странам добиться своих целей?

Мы видим, что те враждебные силы, которые не смогли нанести Сирии поражение на поле битвы, не оставляют своих замыслов и ищут новые способы для нападок на Дамаск. Один из них – это как раз и есть химическое досье и связанные с ним манипуляции и провокации, на основании которых известные стороны пытаются соорудить основания для очередного вмешательства в сирийские внутренние дела.

Причём жертвой такого подлого приёма становится не только дружественное нам суверенное государство – Сирия, но и авторитетная международная структура – Организация по запрещению химического оружия, от эффективности и беспристрастности работы которой зависят глобальная стабильность и безопасность. Сегодня же мы видим, как ради чужих попыток свести счёты с Дамаском, ОЗХО становится ареной для вопиющих злоупотреблений, подтасовок и превращается в инструмент реализации геополитических замыслов США и их союзников.

Россия со своей стороны делает всё возможное, чтобы уберечь эту организацию от дальнейшей деградации, пресечь поползновения использовать её, равно как и другие глобальные площадки, для произвольного преследования неугодных кому-то государств, в числе которых, к сожалению, оказалась и Сирия.

Хотел бы отдельно сказать и про целенаправленные усилия с российской стороны с целью положить конец попыткам организации химических провокаций против САР. У нас накоплен уже большой массив информации и достоверных данных, которыми Россия периодически делится с международным сообществом, чтобы выводить на чистую воду всех тех, кто стоит за подобными провокациями и пытается с помощью них образом помешать Дамаску вести законную борьбу с терроризмом.

        

         5. Россия всегда выступала против политизации гуманитарного содействия Сирии, в т.ч. через механизм трансграничной помощи, срок работы которого теперь был ограничен шестью месяцами. Как Вы думаете, стоит ли ожидать, что по истечении этого срока его функционирование будет полностью прекращено?

Как известно, введение механизма трансграничной доставки гуманитарной помощи в Сирии 2014 г. было временной и чрезвычайной мерой. С тех пор ситуация на земле коренным образом изменилась, и в последнее время большая часть гуманитарных поставок – даже в северо-восточные районы Сирии – осуществляется по согласованным с Дамаском маршрутам внутри САР. После освобождения трассы Дамаск-Алеппо, а также открытия международного аэропорта в Алеппо доставка помощи, очевидно, станет ещё более быстрой и надёжной.

В этом контексте решение СБ ООН об ограничении действия трансграничного механизма шестью месяцами и двумя пропускными пунктами – лишь первый шаг к полной его отмене и возвращению процесса доставки гумпомощи в Сирию к стандартным правилам, предусматривающим соблюдение национального суверенитета страны-получателя – как это прописано в резолюции ГА ООН 46/182.

Насколько мы знаем, Дамаск сейчас с особой ответственностью подходит к работе на данном направлении, демонстрирует настрой на конструктивное взаимодействие с ооновскими гуманитарщиками и готовность помогать им быстрее адаптироваться к происходящим изменениям – при поддержке профильных государственных структур и Сирийского общества Красного полумесяца.

Посмотрим, как будут вести себя остальные гуманитарные агентства и их доноры, проявят ли они необходимую кооперабельность или опять попытаются найти поводы для обвинений в адрес САР. Сделанный ими выбор покажет, кто действительно переживают за доставку помощи, а кому она нужна лишь как ещё один рычаг давления на Сирийскую Арабскую Республику.

Пользуясь случаем, хотел бы рассказать и о российском вкладе в деятельность ООН в Сирии – не считая, разумеется помощи по двусторонней линии. Только за 2019 г. наша страна внесла в бюджет целевых ооновских программ свыше 20 млн. долл., которые будут осваиваться или уже осваиваются по линии ВОЗ, ПРООН, ФАО, ЮНМАС, ЮНИСЕФ и ЮНФПА.

В январе текущего объявлено также о том, что до 20 млн. долл. будут выделены Россией на нужды Всемирной продовольственной программы. Это позволит данной ооновской структуре реализовать сразу несколько инициатив в Сирии. В их числе содействие организации школьного питания, прямые поставки нуждающимся подсолнечного масла, а также финансирование т.н. ваучерного механизма, по которому отдельные категории сирийцев смогут закупать необходимые продукты на местном рынке, поддерживая, таким образом отечественных производителей.

Мы призываем всех международных партнёров следовать нашему примеру и активнее оказывать помощь всем без исключения сирийцам и без оглядки на политическую конъюнктуру.

 

6. Позиция Москвы в отношении работы Конституционного комитета известна. Какими Вы видите перспективы его функционирования, особенно на фоне нынешнего пробуксовывания, а также сообщений о разладе в стане сирийской оппозиции между силами, ориентирующимися на Турцию и на Саудовскую Аравию?

Вы говорите про «пробуксовывание» в работе Конституционного комитета сейчас, а мне бы очень хотелось напомнить про «пробуксовывание» в конце 2018 г., когда он только формировался. Наши западные коллеги тогда вмешались в данный процесс, в результате чего на малопродуктивные препирательства был потерян целый год работы и первое заседание Комитета состоялось только в октябре 2019 г.

На таком фоне нынешние затруднения следует воспринимать без драматизма. Стороны находятся лишь в самом начале пути, должны обозначить свои запросные позиции, притереться друг к другу – это нормальная ситуация для любых переговоров, и сирийский конституционный процесс в этом смысле не исключение.

Наша главная забота заключается в том, чтобы у сирийцев была возможность договариваться между собой без внешнего вмешательства, давления или каких-либо навязанных ограничений с тем, чтобы найти решения, отвечающих в первую очередь их собственным интересам. Признаюсь, я сам тоже не хотел бы строить прогнозы про сроки дальнейшей работы Конституционного комитета. 

Что касается противоречий в стане оппозиционной делегации, то это её внутреннее дело. Главное, чтобы в рядах оппозиционеров или их покровителей опять не нашлись те, кто попытается переложить ответственность за свои внутренние проблемы или срыв политпроцесса на противоположную сторону.

Исходя из этих положений, Москва выстраивает и своё взаимодействие со спецпосланником Генерального Секретаря ООН по Сирии Г.Педерсеном.

 

7. Как развивается экономическая составляющая российско-сирийских отношений? Каковы итоги последнего заседания двусторонней межправительственной комиссии? Есть ли какие-либо соглашения между двумя странами, результаты реализации которых уже могли быть заметны с точки зрения рядовых сирийцев?

Экономические отношения между нашими странами успешно развиваются вопреки мощному санкционному давлению, которое оказывается и на Сирию, и на Россию.

Наша задача сегодня – не просто выйти на довоенные торгово-экономические показатели, но и добиться их дальнейшего количественного и качественного роста – в общих интересах россиян и сирийцев. Именно в этом направлении работаем вместе с Дамаском в рамках Постоянной Российско-Сирийской комиссии по торгово-экономическому и научно-техническому сотрудничеству. В ходе её очередного заседания в декабре 2019 г. в Москве рассматривался широкий спектр совместных проектов – как перспективных, так и уже реализующихся – в сфере энергетики, промышленности, строительства, добычи полезных ископаемых, инфраструктурного развития, продовольственной безопасности.

При этом российская сторона исходит ещё и из того, что наши двусторонние связи с Сирией охватывают не только коммерческую деятельность, но и представляют собой весомый вклад в решение неотложных гуманитарных проблем САР и послевоенное восстановление её национального хозяйства.

Про нашу помощь по линии ООН я уже говорил. Но мы стараемся помогать дружественному сирийскому народу и в двустороннем формате. Например, с января 2020 г. в САР начались прямые поставки пшеницы в качестве безвозмездного дара от России – в общей сложности 100 тыс. тонн, разделённых на четыре партии.

Особая роль отводится крупным российским инвестиционным проектам в Сирии. Самый известный пример – это реконструкция гражданской части порта Тартуса силами российской компании. С нашей стороны будут осуществлены крупные капиталовложения, которые, в частности, пойдут на техническое совершенствование и расширение его терминалов, что позволить нарастить грузооборот с примерно 4 до 38 млн. тонн в год. Есть и другие похожие проекты, включая модернизацию завода по производству минеральных удобрений в Хомсе, восстановление ряда нефтегазовых месторождений и перерабатывающих предприятий и т.д.

Всё это в совокупности должно составить мощный стимул для развития и роста экономики САР в целом, обеспечить её устойчивость перед лицом иностранных рестрикций и, что особенно важно, помочь решению насущных социально-экономических проблем. Считаем, что именно сейчас, когда Сирия находится на пороге победы в войне с терроризмом, важно поддержать её граждан, создать у них уверенность в завтрашнем дне, скором возвращении нормальной мирной жизни.

 

8. Рассажите, пожалуйста, о сотрудничестве культурно-гуманитарной сфере? Как обстоят дела с возобновлением работы в Дамаске российского Культурного центра? Есть ли какие-то в этой связи конкретные планы по наращиванию российского культурного присутствия в Сирии и поддержке русского языка?

Наша главная задача сейчас – скорее завершить подготовительные мероприятия и возобновить работу российского Культурного центра в Дамаске. Все необходимые решения на этот счёт в Москве уже приняты и реализуются, уже в марте в Дамаск прибудет директор Центра. По сути, остались сугубо технические аспекты.

К моменту открытия Центра, я уверен, у нас уже будет какое-то понимание относительно планов его работы, культурных и просветительских мероприятий. А пока – следите за нашими страницами в социальных сетях – там своевременно появляются все объявления.

С удовлетворением отмечаем, что интерес к русскому языку в Сирии большой и продолжает расти, особенно после того, как в 2014 г. он был включён в программу сирийских общеобразовательных школ в качестве предмета по выбору. И если тогда всё начиналось с преподавания русского 2500 школьникам в 59 школах, то в 2018-2019 учебном году наш язык изучали уже свыше 18 тыс. детей в 306 школах.

Хорошая возможность не только выучить русский язык, но и освоить с помощью него перспективную специальность – это обучение в российских вузах. Для этого наше правительство ежегодно предоставляет 500 стипендий сирийцам, желающим поступить в один из российских университетов или институтов. Кстати, уже ведётся отбор очередной группы сирийских граждан по этой программе. Подчеркну, что владение русским для абитуриентов не требуется – язык можно будет освоить уже в России.