Посольство Российской Федерации в Сирийской Арабской Республике
Телефон экстренной связи для граждан России: +963-991-240-999 (угроза жизни, здоровью и безопасности)
/
ru en

Интервью Посла России в Сирии А.В.Ефимова информационному агентству «Россия сегодня» (10 февраля 2019 г.)


  1. Как Вы оцениваете развитие ситуации в Идлибе? На сколько обоснованы звучащие сегодня опасения на счёт назревающего там гуманитарного кризиса?

То, что мы в последние дни наблюдаем в Идлибе – во многом закономерное развитие событий. Это понятная реакция законных сирийских властей на вооруженные провокации сконцентрированных в этой провинции террористических группировок, жертвами которых стали сотни мирных жителей и военнослужащих сирийской армии. Счёт нападений оттуда, в т.ч. с использованием техники и другого тяжёлого вооружения, уже идёт на тысячи. Напомню, что в досягаемости идлибских боевиков находится и российская авиабаза Хмеймим, которая также регулярно подвергается ракетным обстрелам и атакам беспилотников.

Установленный в «большом Идлибе» режим деэскалации на деле не только не соблюдается, но и – складывается такое впечатление – используется доминирующей там террористической группировкой «Хейят Тахрир аш-Шам» и её иностранными покровителями для сохранения покрывательства и подпитки бандитского анклава на территории Сирии с целью дальнейшего затягивания войны и давления на Дамаск. Не может не тревожить нас и ситуация с расползанием боевиков из Идлиба в другие районы Сирии и за её пределы, например в Ливию.

Россия поддерживает действия, которые предпринимает сирийская армия по подавлению источников провокаций в идлибской зоне. Одновременно исходим и из того, что в сложившейся ситуации необходимо добиваться полного и добросовестного выполнения известных российско-турецких договорённостей по Идлибу сентября 2018 г. В т.ч. в части, касающейся отмежевания вооруженной оппозиции, которая является патриотической и якобы готова участвовать в политическом процессе, от тех структур, которые официально внесены в террористические списки Совета Безопасности ООН и не могут бесконечно оставаться «неприкасаемыми». Борьба с ними – это прямая обязанность правительства Сирийской Арабской Республики, которую оно и выполняет.

В том, что касается гуманитарной ситуации в Идлибе, призываю быть крайне аккуратными в оценках. Как известно, эта тема, а вместе с ней ещё и обвинения САР в применении химического оружия, часто получает особый резонанс именно в тот момент, когда Дамаск добивается очередных успехов в противостоянии терроризму, возвращении под свой контроль новых территорий страны.

Зачастую «гуманитарная карта» без зазрения совести разыгрывается оппонентами САР для откровенного шантажа сирийских властей, попыток вмешаться во внутренние дела страны и в конечном итоге – создать новые препоны на пути её возвращения к мирной жизни.

При этом те, кто на словах радеют о «страданиях мирных жителей» в Идлибе и, не утруждаясь никакими доказательствами, рассказывают о десятках, если не сотнях разбомбленных школ, больниц, рынков, лагерей ВПЛ и т.д., умышленно игнорируют реальные гуманитарные и социально-экономические проблемы сирийцев. Например, всячески замалчиваются попытки жителей того же Идлиба, уставших от произвола местных незаконных группировок, покинуть анклав через специально подготовленные сирийскими военными гуманитарные коридоры. «Попытки» – это потому что через пару дней после начала работы такие пропускные пункты начинают обстреливаться и блокироваться боевиками, которые не намерены расставаться со своим «живым щитом».

Можно вспомнить ещё и о происходящих в «большом Идлибе» махинациях с гуманитарной помощью, принудительной мобилизации местных жителей в состав вооружённых группировок, захватах там гражданских объектов для переоборудования их под военные цели, разграблении сирийского культурного наследия, не говоря уже о «привычных» там кровавых расправах над несогласными – однако всё это никак не вписывается в нарратив псевдо-гуманитарщиков, подлинная цель которых – это с одной стороны обеление своих подопечных, а с другой – «расчеловечивание» сирийских властей, сирийской армии, и – в конечном итоге – миллионов граждан САР, которые их поддерживают.  

 

  1. Сирийское правительство смогло восстановить своё присутствие на значительных территориях на северо-востоке Сирии. Можно ли в этой связи рассчитывать на скорое решение проблемы Заевфратья и нормализацию отношений Дамаска с Курдами?

Постепенное возвращение законных сирийских властей на северо-восток страны – это хорошая тенденция и верный шаг в сторону долгожданной мирной жизни. Тем более что президент САР уже публично озвучивал планы Дамаска по всесторонней реинтеграции этих территорий, включая восстановление там ключевой социальной инфраструктуры и нормально функционирующих государственных институтов.

В том, что касается конкретно курдов, есть нюансы. Сама идея диалога с ними, насколько мы можем понимать, никакого отторжения у руководства страны не вызывает, в конце концов – это такие же сирийцы. Однако в этом случае особенно сказывается влияние внешнего фактора, прежде всего, в лице американцев, которые вопреки всем прошлым заявлениям из Вашингтона, равно как и нормам и принципам международного права, сохраняют своё незаконное вооружённое присутствие на восточном берегу Евфрата, а также в районе ат-Танфа (на стыке иорданской и иракской границ).

Декларируя в качестве своей цели борьбу с террористами из ИГ, американцы фактически занимаются здесь тем, что блокируют любой доступ правительства САР на сирийские территории к востоку от р.Евфрат, в т.ч. к расположенным там крупным углеводородным месторождениям, которые сейчас особенно нужны стране.

Именно США активно заигрывают с местными курдами, поддерживают их квазигосударственные устремления, позволяют им получать материальную подпитку за счёт разграбления принадлежащих всему сирийскому народу нефтяных ресурсов.

Как известно, диалог между Дамаском и курдами так или иначе ведётся, однако в текущих условиях к позитивным результатам он, к сожалению, не приводит. Исходим из того, что дела пойдут лучше в случае восстановления на сирийском Северо-Востоке и в Заевфратье в целом суверенитета САР и полного ухода оттуда всех иностранных сил.

 

  1. Израиль продолжает регулярно наносить удары по объектам в Сирии. Как такие действия влияют на обстановку в стране? Нет ли угрозы очередной региональной эскалации?

Израильские налёты, несомненно, носят провокационный и крайне опасный для ситуации вокруг Сирии характер. Ракеты падают не только в приграничных с Израилем территориях, но и долетают до районов в глубине Сирии, на востоке страны и даже в жилых кварталах Дамаска. Особенно прискорбно, что их жертвами становятся случайные мирные граждане.

Вопиющий случай произошёл во время очередного израильского нападения в ночь на 6 февраля, когда под ответный огонь сирийских ПВО чуть не попал лайнер со 172 пассажирами на борту. Хорошо, что его успели своевременно перенаправить в «Хмеймим».

Кроме явного нарушения суверенитета Сирийской Арабской Республики, создания реальной угрозы жизням ни в чём неповинных людей, всё это объективно ведёт к усилению конфликтного потенциала вокруг САР и противоречит усилиям по достижению стабильности и политического урегулирования.

 

  1. Очевидно, что по мере завершения боевых действий на большей части сирийских территорий встаёт вопрос их возвращения к мирной жизни, восстановления разрушенной инфраструктуры. Как продвигается этот процесс? Какую роль в нём играет Россия?

Процесс продвигается медленно и трудно. Полноценного международного содействия в сфере пост-конфликтного восстановления САР по-прежнему не получает. Ключевые ооновские доноры из числа известных западных стран по политическим причинам отказываются вкладываться в реконструкцию на подконтрольных Дамаску территориях, ограничиваясь лишь проектами неотложного гуманитарного характера, некоторые из которых к тому же ещё и носят точечный характер.

Как известно, Дамаск в своё время заверяли, что после начала политического процесса и запуска Конституционного комитета (что произошло в октябре 2019 г.) такой подход будет пересмотрен, а также произойдёт ослабление санкций. Однако вместо этого, расширение гумсодействия было обставлено новыми условиями, теперь касающиеся проведения выборов. Запущены и дополнительные механизмы санкционного давления, например, в виде пресловутого американского «Акта Цезаря».

Что из этого следует? Получается, что те, кто во весь голос обвиняют сирийское правительство в «преступлениях против человечности» или «неуступчивости» за столом переговоров в конечном итоге сами занимаются коллективным наказанием сирийцев, живущих на подконтрольных Дамаску территориях. «Стараниями» таких зарубежных игроков искусственно затягивается процесс возвращения беженцев, провоцируется дефицит топлива, запрещаются поставки в САР стройматериалов, медикаментов, некоторых продуктов питания и многих других предметов, имеющих ключевое значение для жителей страны, пережившей вооруженный конфликт.

В итоге бремя восстановления Сирии во многом ложится на плечи самого Дамаска, вынужденного мобилизовывать для этого и без того скудные ресурсы. Наша страна, разумеется, не остаётся в стороне, оказывая масштабное содействие восстановлению и развитию сирийского национального хозяйства, в т.ч. посредством реализации крупных инвестиционных проектов. Таковые охватывают сферы транспортно-логистической инфраструктуры (наглядный пример – модернизация гражданской части сирийского порта Тартус), совершенствования отдельных промышленных предприятий (в их числе – фабрика минеральных удобрений в Хомсе), восстановления энергетических мощностей и нефтегазовых месторождений.

Хотел бы подчеркнуть, что проводимая нашими экономоператорами работа позволит не только реанимировать конкретные предприятия, но и должна будет стать долгосрочным вкладом в стимулирование роста и устойчивости сирийской экономики в целом, позволит снизить нагрузку на социальную сферу, создавая новые возможности для трудоустройства граждан САР.

Хорошо известно и о гуманитарных усилиях по линии нашей военной группировки в Сирии. Её усилиями проводится локальное разминирование, доставка в отдалённые районы товаров первой необходимости, оказание их жителям медицинской помощи и т.д.

Считаем важным помогать сирийцам и по ооновской линии. За 2019 г. Россия внесла в бюджет целевых ооновских программ свыше 20 млн. долл., которые будут осваиваться или уже осваиваются по линии ВОЗ, ПРООН, ФАО, ЮНМАС, ЮНИСЕФ и ЮНФПА.

В январе текущего объявлено также о том, что до 20 млн. долл. будут выделены Россией на нужды Всемирной продовольственной программы, что позволит этой ооновской структуре реализовать сразу несколько инициатив в Сирии. В их числе содействие организации школьного питания, прямые поставки нуждающимся подсолнечного масла, а также финансирование т.н. ваучерного механизма, по которому отдельные категории сирийцев смогут закупать необходимые продукты на местном рынке, поддерживая, таким образом отечественных производителей.

Мы призываем всех международных партнёров следовать нашему примеру и активнее оказывать помощь всем без исключения сирийцам и без оглядки на политическую конъюнктуру.

  1. Совет Безопасности ООН принял решение о сокращении срока действия механизма трансграничной помощи Сирии и закрытии двух маршрутов её доставки. Какими Вы видите перспективы дальнейшей работы этого механизма? Обоснованы ли опасения, что такие изменения могут усугубить гуманитарную ситуацию в стране?

Принятое СБ ООН решение – это, несомненно, важный шаг в сторону сворачивания данного механизма, нарушающего суверенитет САР и не соответствующего реальному положению дел в стране.

За время, прошедшее с его запуска в 2014 г., законные сирийские власти смогли восстановить контроль над большей частью национальной территории и создали необходимые условия для оказания помощи всем нуждающимся без использования закрытых погранпереходов «Рамта» (граница с Иорданией) и «Яарубийя» (граница с Ираком). К слову, даже до принятия Совбезом резолюции 2504, большая часть гумпоставок в северо-восточные районы Сирии, о которых особенно пекутся наши западные партнёры, и так осуществлялась по согласованным с Дамаском маршрутам внутри САР.

Сирийские власти, надо сказать, очень ответственно подходят к работе на данном направлении, демонстрируют настрой на конструктивное взаимодействие с ооновскими гуманитарщиками и готовность помогать им быстрее адаптироваться к происходящим изменениям – при поддержке профильных государственных структур и Сирийского общества Красного полумесяца.

Должным образом сирийцы откликаются и на поступающие от ООН просьбы о содействии в доставке гумгрузов, не успевших прибыть в САР до закрытия КПП «Яарубия». Ведь речи о полном «запечатывании» иракской границы для доставки помощи, по сути, не идёт. Соответствующие поставки могут проходить через контролируемый Дамаском КПП «Абу-Кемаль / Аль-Каим» и передаваться реципиентам при содействии законных сирийских властей. Пользоваться ли такой схемой или нет – гуманитарщики в праве решать сами, но сделанный выбор будет очень показателен для истинного понимания их намерений. Тогда и увидим, действительно ли они переживают за доставку помощи.

Надеемся, что к моменту истечения срока действия упомянутой резолюции в июле с.г. профильным структурам ООН удастся урегулировать с Дамаском все остающиеся технические и логистические вопросы и наладить оказание внешнего содействия сирийцам в координации с законными властями, в строгом соответствии с международным гуманитарным правом и при безусловном уважении суверенитета и территориальной целостности Сирии.

В общем, проблему из этого сюжета раздувать не стоит. Без гуманитарной помощи нуждающиеся сирийцы не останутся. По крайней мере Дамаск, делает всё необходимое, чтобы поддерживать своих граждан без какой-либо дискриминации. Главное, чтобы такая помощь не приносилась в жертву политическим соображениям самих доноров и не становилась инструментом их давления на САР, о чём я вам уже рассказал.

 

  1. В октябре прошлого года состоялось первое заседание сирийского Конституционного комитета, значительный вклад в запуск которого, как известно, внесла Россия. Однако после двух сессий его работа приостановилась. С чем это связано? Как Вы думаете, когда переговоры могут возобновиться?

Прежде всего, хотел бы сказать, что драматизировать на тему трудностей, с которыми столкнулись члены Конституционного комитета, не стоит. Искать какие-то особые причины для этого и, тем более, пытаться назначать виновных, совершенно контрпродуктивно. Стороны находятся лишь в самом начале пути, должны обозначить свои запросные позиции, притереться друг к другу – это нормальная ситуация для любых переговоров, и сирийский конституционный процесс в этом смысле не исключение.

Важную работу, на наш взгляд, проводит Спецпосланник Генсекретаря ООН по Сирии Г.Педерсен и его команда, которые вкладываются в создание благоприятных условий для переговоров, стремятся помочь сторонам выработать доверие друг к другу. Это важно для общего успеха. 

Не буду загадывать про сроки дальнейшей работы Комитета. Исходим из того, что никаких временных рамок в данном случае быть не должно. Сирийцам необходимо предоставить возможность для спокойного диалога и нахождения решений, отвечающих в первую очередь их собственным интересам.

 

10 февраля 2020 г.